?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Верхний пост

Не прошло и года, как я разобралась что это такое и с чем это едят. А потом начались ещё отзывы, мол, читаю, вот и пришла/л. И мне показалось, что - пора. Пора написать кто же я за зверушка и зачем мне жж-ка.
Меня зовут Дарья. Дарья Король. Так меня зовут с детства. Иногда это людям не нравится. Мне и самой долго не нравилось, а потом ничего, привыкла.
По образованию, а главное образу жизни, я психолог, гештальт-терапевт
со всеми вытекающими.

И подробнееCollapse )
fа не набить ли себе тату

Я - такое дерево

Возможно, потому что мне сегодня 35, не тогда, скорее всего, когда вы читаете, а чуть позже – в 23.10, почти тринадцатого, а может просто пора появиться личному тексту.

Я некоторое время думаю о том, что в моей жизни нет ни одного человека, кто знал бы меня полностью. Сначала меня это испугало и даже расстраивало, теперь веселит. Я как паззл. Я в ответе, сколько истинного в каждом кусочке, но при этом человек сам решает, сколько из мною показанного увидеть. Нет ничего постоянного в этом процессе, потому как я не могу отвечать даже за многие из своих чувств, не говоря уже о восприятии Другого, т.е. меня могут изменять, искажать, преобразовывать до неузнаваемости.
Получается, что Даша Король – это персонаж. Хочется думать, что все части паззла у меня в руках, но со временем и эта мысль больше веселит, чем внушает доверие.


Стало ясно, что смысл всё время меняется, я что-то вижу, слышу и переживаю и, с одной стороны это данность, а с другой, со временем или прямо сейчас я смогу раскрасить это событие другими красками. И даже смыслы иногда не способны изменить краску произошедшего или происходящего прямо сейчас - это работает и в обратную сторону. Все, что произошло когда-либо можно изменить, а значит, люди меняются. Более того, мы никогда не остаёмся в одном месте и уж тем более в одном времени или одном состоянии. Времени нет, строго говоря, и все потому что времён много. Рисуя себя в воображении взрослой, я могу оставаться в глазах других маленькой, и наоборот. События придают смысл сделанному, а мы уже придаём значение мыслям, которые сопровождали событие и непосредственно событию. Мы все время создаём. Непрерывно. И ничего не можем знать наверняка, исследуя вопросами, прощупывая себя и других сомнением, постоянно знакомясь.
Так вот, из личного… Я прямо сейчас и уже некоторое время как (я говорила, да?), ощущаю потерю, разрушение и полный крах всех накопленных за 35 лет представлений о себе. Я перебираю в памяти воспоминания и понимаю, что большая часть истории Даши Король уже не имеет ко мне никакого отношения. Это не больно и не страшно, не обидно. Это просто есть, и я переживаю крах, как переживает земля подземное течение реки (я так думаю). Оно есть, с этим не только нельзя, но и ничего не хочется делать. Стихия во мне точит корни, готовится, нарастает и ещё только угрожает снести все построенное и неправомерно разросшееся, а я наблюдаю, пью вкусный чай и не совсем смиренно жду. Я открыта гораздо больше к тому, что со мной происходит, но по прежнему сильно тревожусь, что грядущее больше, чем я способна вынести. Я хочу, чтобы важное осталось, но больше всего меня волнует как справлюсь я та, появляющаяся. Как будет мне по ту сторону от катаклизма.

Из обидного. Я тревожна и недоверчива. Я плохо сплю и замечаю, что многое из того, что радовало меня в жизни раньше, уже не приносит ожидаемого удовольствия. Я по-прежнему переживаю от столкновения со своими особенностями: импульсивностью, громкостью, неудобством, нытьём, плаксивостью. Многие мои реакции остаются со мной, несмотря на то, что пришли оттуда, где меня уже нет и не будет.
Из приятного. Я перестала видеть взрослость как сумму нежелательных или даже опасных действий (помните сцену из «Доктора Живаго», в которой партизаны идут через болото, спасаясь от волков и преследователей?), перестала в своей голове смотреть ужасающие картины, представляя себе взрослого человека. Я открыта и уязвима как никогда ранее, я сомневаюсь, потеряла решительность, но сильна своей чувствительностью к фальши, неправде, наносному. Я с трудом переношу чью-то правильность и праведность, не верю в искусственных людей, которые никогда не делают ерунды, ищут себе оправдание в беззаконии вокруг. Я разрешила ошибаться себе и другим. И раздражаться в ответ.
Меня не волнует красивая ли я и нравлюсь ли я людям. Меня гораздо больше волнует, нравятся ли они мне.
Из нового. Я стала бояться смерти. Смерть вошла в мою жизнь, как нечто почти осязаемое, реальное, она живёт во мне и, совершенно очевидно, живёт в моих близких, что особенно страшно, в моём сыне, я не просто пишу эти строки, я их выплакиваю. Я совершенно не могу сделать с этим фактом ничего такого, что меня бы утешило. 
Может быть, потому я переживаю потери сейчас совершенно по-иному, черпая горечь, перечисляя и оплакивая. Знаю, что ничего никогда не исправишь и не вернёшь.
И начинаю думать о том, что упущено и уже не станет доступным никогда, т.е. об ограничениях моей жизни и моих возможностей.
Из неизменного. Я откровенная и злая.

Я ищу себя в каждом действии, в каждом выборе, который совершаю, я стала очень внимательна, даже дотошна. Я так придумала жить. Поэтому жить не мучительно больно, жить глубоко, часто печально, местами страстно, страшно, радостно и весело. Я, вначале своего 35 – летия имею планы и понимание  «как», но совершенно не имею сил на их осуществления, но сейчас не виню, не стыжу себя за это, резко реагирую на критику и вмешательство других  же; а пробую понять, как и что я могу сделать или не делать, чтобы эти силы появились. Потому что чувствую – мне есть о чем говорить, только надо ждать.
Я плавно превращаюсь в Дарью Король, предвкушаю, жду и немного страшусь.


сл.Григория Поженяна

Я - такое дерево...

Ты хочешь, чтобы я был, как ель, зеленый,
Всегда зеленый — и зимой, и осенью.
Ты хочешь, чтобы я был гибкий как ива,
Чтобы я мог не разгибаясь гнуться.
Но я другое дерево.
Другое дерево...

Если рубанком содрать со ствола кожу,
Распилить его, высушить, а потом покрасить,
То может подняться мачта океанского корабля,
Могут родиться красная скрипка, копье, крыша или белая палуба.
А я не хочу, я не хочу чтобы с меня сдирали кожу,
Чтобы меня строгали рубанком,
Чтобы меня сушили или красили!
Нет, я этого не хочу!
Не потому, что я лучше других деревьев, нет..
Нет, а просто, просто...
Просто, я - другое дерево...

Говорят, если деревья долго лежат в земле,
То они превращаются в уголь, в каменный уголь,
Они долго горят, не сгорая, и это дает тепло.
А я хочу тянуться в небо!
Нет, не потому, что я лучше других деревьев, нет, я этого не говорю...
А просто, просто... Просто я такое дерево.
Я - такое дерево, такое...

Я - другое дерево. Другое дерево...
Такое дерево.

По своей мерке

Каков твой калибр, вес, глубина и всё то, что означает для тебя – «это я».

Считается, что своё место в жизни мы должны обнаружить к университету. В крайнем случае, во время обучения. Уже в школьные годы желательно определиться с профессией, друзьями (учебное заведение после школы остаётся запасным вариантом), пристрастиями, людьми, которые вам будут нравиться в жизни и чуть позже окончания учебного заведения со спутником жизни. Дальше вам предлагается активно использовать нажитый багаж и расширять его: стремиться вверх по карьерной лестнице, рожать детей, строить и приобретать недвижимость и т.д.
Далеко не все из нас располагаются в жизни так, как это заслуживают или хотя бы желают. Если повезёт,  можно встретить в жизни человека, который не только сам красиво и правильно расположился относительно своих данных, но и который скажет вам, что заслуживаете большего. Гораздо большего. Так человек впервые задумывается о своём «весе» в своей жизни. Возможно так же начать сомневаться самостоятельно, если есть ощущение «тесноты» и «тупика».
Профориентация в наших широтах ни к чёрту, родители часто сами не знали, кем они хотят быть в жизни, да это и не только к профессии относится и уж тем более не к месту, занимаемому на карьерной лестнице. Живут и здравствуют несчастные начальницы – потенциальные многодетные мамы; изнывающие от работы, талантливые руководители, застрявшие в подчинении по недоразумению; художники, не знающие с какой стороны подойти к Олимпу, и где он вообще находится.  Ошибиться со своим «местом» и «весом» легко. Дальше случаются ошибочные решения и не те места в окружении не тех людей. Сплошь и рядом люди живут вместе, не понимая, что их связывало и, недоумевая, почему же они находятся в одной квартире. Растерянность и неустроенность в личной жизни так же губительна, как и не та профессия.
На что ориентироваться, чтобы понять  в своём ли вы живёте весе и своё ли занимаете место, того ли человека вы выбрали для отношений? И это сейчас не касается экзистенциальных вопросов о смысле вашего бытия, это касается, скорее, ежедневной удовлетворённости в той жизни, которую вы проживаете, начиная от того, что вы открыли глаза и заканчивая крепким здоровым сном человека, не испытывающего смутной тревоги.  Вот на что нужно обратить внимание:
1) Драйвы, аффекты.
Так сложилось, что мы (я и вы) живём в пространстве, где эмоции имеют мало значения. Наши эмоции социум старается упаковать в рамки приличий. Не кричи, не выделяйся, не привлекай внимания, напротив, выделяйся, ты должен быть первым, я должен победить. По сути, это явления одного порядка. Они, в сущности, запрещают одно и то же – мои собственные страсти, то, что во мне есть, живёт, развивается и даёт мне ощущение жизни. Запрет как минимум приводит к неудовлетворённости, как максимум опустошает, обесточивает.
И всё же в нас очень сильно, то, что живет вне зависимости от общества и воспитания. Место, в котором не работают запреты. Уровень агрессивности и влечений не отфильтрованный родителями. Влечение не столько либидо, а фантазии об успехе, восхищении и зависти других людей.
Ребенок показывает себя легко, если его не принимают так же легко и радостно, он себя ужимает. С этой частью мы можем не успеть познакомиться. Она растворяется в прошлом, но все же время – это не кислота. Истинное, ваше, узнаётся по эмоциям. Эмоции – это тенденции, они дают знание об объектах, которые могут удовлетворить наши потребности. И даже в основном по возбуждению при рассказе о тайном и желаемом. Так и выглядывает из-под «социального лица». До поры до времени можно спрятаться от жизни, но жизнь со всеми своими желаниями начинает брать свое. Не действиями, так саботажем. Сначала это будет выглядеть как вечное недовольство, хроническая усталость, частые простуды (или что у вас самое любимое?), а закончится махровой психосоматикой.
Человек начинает относиться к себе, так как его родители относились к нему,  следовательно,  часть его психической жизни (не принятая родителями) уходит в тень, и может проявляться, но в несколько неожиданных местах. Кто знает, почему маме не нравилось, что вы поёте, а папе стихи. Возможно, что стихи были действительно дрянь, а если нет? Почему Дениска или Катенька из младшей группы показались им неподходящими для вас друзьями. Нюанс состоит в том, что мы не можем узнать, что делали и чего не делали на самом деле родители, а впечатления об их действиях с нашей психикой остались и влияют. Потому что в некритичном возрасте родитель для ребёнка царь, как бы плохо он не относился к ребёнку и его дарованиям. Сила властителя и воспитателя возведена в абсолютную величину. Поэтому  даже во взрослом возрасте (кстати, это сколько лет?) тяжело ослушаться. Плюс к этому родитель обеспечивает идентификацию, т.е.  если я хочу быть сильным и успешным я должен быть как папа/мама/бабушка/дедушка. Независимо от реального успеха этих персон в жизни. Родитель побеждает ребёнка, а значит, может победить весь мир. Поэтому привязка к родителю и его мнению велика и у взрослых людей.
Взрослый, рассматривая себя глазами Другого теряет спонтанность, свободу выражения, а вслед за ними может уйти удовольствие. В случае наличия серьёзной привычки к тому чтобы быть критикуемым человек априори ожидает осуждения. Какое уж тут творчество? Спонтанность нужна для того, чтобы человек мог не изучать  чужую реальность, а исследовать свою собственную.
Привычка к постоянному наблюдению себя, рефлексии может высвободить некоторое количество энергии, если не превращается в навязчивый самоконтроль. Контроль также лишает спонтанности и внезапности, привычка к подавлению помогает разрастись стыду, снова контролю в ещё большей степени и опять же стыду.  Стыд останавливает движение к людям, возможность быть, а не казаться в их присутствии.
По сути «это» сложно назвать. Скорее всего «это» - отъединённое (Пёрлз), что-то, что мне принадлежит, но по каким-то причинам не было названо, поддержано, эмоционально прожито. Так и не стало моим ресурсом.  При рассказе об этом отъединённом, тайном, возможно запретном, человек может краснеть от смеси удовольствия и стыда, демонстрировать возбуждение и все виды прерывания одновременно. Это место легко узнаётся по всплеску жизни,  мощной, несущей за собой обещание побед и тут же страх. Страх всего того, что человек переживал предъявляя свою витальность значимым взрослым. Потому что  влечения (Фрейд) являются основными побудительными силами. И не дело даже не в сексе, а в требованиях организма, которые должны быть удовлетворены. Механизм же этого требования таков, что испытывая влечение, человек возбуждается, краснеет, стремится. Разряжается влечение посредством действия, определённой реакции. Это и есть та глубокая река, которая медленно течёт в каждом.
Наша личность – это единство, содержит всё в нас имеющееся, независимо от проявлений.  Она находит и создаёт смыслы, согласно которым мы живём, и ориентируется на те возбуждения(подъёмы энергии, увеличения внутренних сил), которые мы разворачиваем. Если человек отчуждён от себя самого и из-за ложных отождествлений пытается подавить свою спонтанность, тогда он делает свою жизнь тусклой, беспокойной и болезненной (Перлз).
Главный вопрос состоит в том, как мы используем эту энергию, в какое русло направляем (это могут быть действия, а могут быть процессы мышления, воображения, фантазии).  Мы точно пытаемся  избавиться от собственных страстей. Энергии приходится искать обходные пути (конфликты, депрессии, психосоматика). Прямой путь – действие. Другой вопрос понять какое именно действие ваше.
2) Физические и психические возможности.
Человек устроен надёжно и хрупко одновременно. В нас есть защиты, которые служат сохранению целостности организма (в биологическом и психологическом смыслах). Они серьёзно охраняют организм от потрясений. С такими защитами, казалось бы, не страшно выполнять любые действия, но не тут то было. Человеку нужно много поддержки, чтобы освоить любое новое начинание. Нас любят  в том числе за то, что мы учимся садиться, есть самостоятельно, ходить, говорить, позже писать, читать, считать. Если освоение этих навыков запаздывает, родители злятся.
От нас ожидают освоение необходимых компетенций на каждом этапе развития. Но это не значит, что мы сразу и быстро научаемся. А главное, это не значит, что все предлагаемые ближайшим и не только окружением  навыки мы хотим и собираемся освоить. Так что приходится пользоваться системой защит в две стороны: во-первых, чтобы остановить давление и отстоять своё, а во-вторых, чтобы всё же научиться тому, чему учиться не собирались. Такое тонкое лавирование нам и обеспечивает система защит. Как это происходит?
Психика серьёзно устроена. Речь не идёт о беспределе, но суть вопроса такова, что взрослый может делать с ребёнком всё, что ему угодно. Ему может быть угодно наказывать, кричать, отвергать, «просто» игнорировать, высмеивать, хвалить то, что именно этот взрослый с учётом всего своего субъективного опыта считает важным, а остальное не со зла, а по неразумению считает не значительным. Оригами, например. Баловство. Между тем существуют мировые чемпионаты по оригами, вы знали? Следовательно, есть счастливые люди, которые занимаются оригами.
Что делает ребёнок? Начинает приспосабливаться. И правильно делает. Взрослых много, он один. Всеми воспитан не будешь. Не только  указания, поступающие от взрослых, могут вызывать сомнения, их качество, количество, откровенно противоречивое содержание («закрой рот и ешь»). То, что ребёнок научается делать, чтобы выжить в мире взрослых, он продолжает делать уже сам став  взрослым человеком. Что тогда помогло приспособиться, сегодня будет откровенно мешать, даже если сам человек этого не замечает.    
Для чего же нужны защиты? Они обеспечивают возможность справляться с собственными агрессивными импульсами и физическими потребностями в целом.  Чувство стыда выступает как охранник. Ничего бесполезного в организме нет. Если убрать из организма защиты,  в сухом остатке будет ощущение всемогущества. Не ясно как это скажется на вас и вашей жизни. С одной стороны это, безусловно, придаст энергии, силы всем производимым действиям, с другой вы можете перестать  видеть «берега», различать нюансы и оттенки происходящего. Т.е. задачка состоит в том, чтобы с одной стороны ослабить действие защит, а с другой, укрепить навыки само  и наблюдения, присутствия в моменте, способность верно понимать и анализировать происходящее вокруг, корректировать субъективные впечатления путём их сопоставления с внешними фактами. Пригодится знание и понимание собственного устройства, включая типичные и нетипичные реакции.
Хорошо то, что организм устроен мудро. Одно может компенсировать другое. Даже не имея всех способностей или возможностей на руках, мы можем достигать. Да, для этого нужно больше усилий и времени. Но тем не менее.
3) Творчество.
Всякого рода творчество  состоит из нескольких важных ингредиентов, которые присутствуют обязательно. Пропорции индивидуальны.
Злость. Злость, активность, интерес. Назовите как угодно. Часто злость называют другими словами, как-то не принято быть злым, злость придаёт человеку ореол агрессивности и неадекватности. Между тем злость – это выделение, движение «к», присвоение, ассимиляция, выделение. И всё. Мы совершаем акт злости, когда дышим, едим, занимаемся сексом и, берите выше, пишем картину или роман. Начинаем отношения с человеком, выделяя его среди других и отбирая его у других. В любом нашем действии априори присутствует злость. Лишиться злости буквально означает лишиться жизни или желания жить.
Злость нужна для того, чтобы обнаружить «свой вид» творчества. Занимаясь многими видами деятельности, пробуя себя, человек «по дороге» может попробовать, присвоить, ассимилировать и выделить великое множество занятий и людей. Некоторые виды будут отвергнуты на этапе проб, другие не выдержат присвоения и т.д. Акт отказа тоже достаточно агрессивен, но, не совершая отказов, человек рискует наполнить свою жизнь тем, что ему не подходит в категорической форме, т.е. совершенно. Мама увлекалась макраме и я как будто тоже должна им увлечься. И вот  я уже занимаюсь макраме, только в отличие от мамы начинаю болеть. Хорошо, если речь о макраме, от него, по крайней мере, будет легче отказаться, чем от ненавистной профессии юриста, бухгалтера, учителя, архитектора и т.д. Вот за что я люблю психологию. Невозможно стать психологом по указке. Никто не может заставить человека стать психологом. Так вот отказаться от профессии, которая кормит, гораздо сложнее, чем от всех макраме вместе взятых, уж простите меня любители макраме. Или развестись с партнёром, особенно если в браке уже родились дети.
Лиха беда начало. Казалось бы, нашёл «своё» дело – гуляй смело. Но это в теории. На практике всё чаще своё ещё нужно будет отстоять. Среда, в который вы развивались, или живёте, далеко не всегда заинтересована в изменении вашего поведения, а тем более образа жизни. Кошмар состоит в том,  что после того, как вы разберётесь со своими мыслями относительно того, как вам по-настоящему хотелось бы жить, следующие с кем вам придётся договариваться – это самые близкие и любимые люди.
Потому вы сначала обнаруживаете желаемое, а потом отстаиваете.
Понадобиться очень много любви.  Вдохновения, внимательности. Нежности, если хотите, к своим процессам. Чтобы не бросить, не отказаться, не поверить в чужие невозможности: «не получится, пустое, нет смысла, все такие». Терпения в том, чтобы убедить близких, родных, которые словно лучше вас знают, что вам подходит, а что – нет, порою доводя вас до совершенного исступления. Многие сдаются уже на этом этапе, понимая, чего они хотят, но, так никогда и не достигая цели.
Есть ещё много интересного после обнаружения: изучение, доведение до мастерства.
Дальше будет  проще. Стоит один раз понять «технологию» обнаружения и доведения до исполнения, как станет возможным реализовывать свои мечты и планы.
Что может мешать кроме среды?  Что-то ваше, какие-то ваши мечты, стремления, представления о том, как должно без учёта именно ваших желаний и личных особенностей. Жаль, что часто мы не знаем своих сил,  не понимаем, что нам дорого и в какую сторону хочется идти. Чем заниматься, чтобы чувствовать себя реализованным и даже, случается, счастливым. Но так далеко не всегда происходит. Наша история, из которой рождается творческий процесс, может откликаться болью, смирением, апатией. В ней не случаются стихи, не пишется акварель, не звучит ваш голос, не находится любовь. Мешает страх, мешает стыд, сковывает вина.
Мы ограничены тем, что у каждого из нас есть свои возможности. Есть объективная реальность, не признавая которую вы не делаете свою жизнь легче. Человек без ног, конечно, может играть в футбол, но стать звездой мирового масштаба вряд ли получится.
Тут же уютно расположились все мифы, которые в семье были о деньгах и успехе. То, что говорили родители и в целом родные люди. Что нам можно и чего нельзя. Мировоззрение, все, что накоплено в представлениях о том, как именно люди зарабатывают деньги и (или) добиваются успеха, счастья. Кому-то достаточно фантазирования, некоторые удовлетворяются процессом, а кто-то нуждается в результатах. Например, много работать можно, а денег иметь нельзя. Вот и будет тяжкий неблагодарный труд. Что вы думаете о себе как о человеке достигающем, у которого получается?
Мифы, в конечном итоге, складываясь и переплетаясь, будут образовывать «семейный сценарий», т.е. ту линию, которая вырисовывается при детальном рассмотрении судеб повторяющихся в семье.
Что вы думаете о своей взрослости. Взрослость – символ. Вы можете ощущать или не ощущать её по каким-то причинам. Насколько вы взрослый человек, ваши критерии взрослости. Как её переживали люди из вашей семьи? Какими легендами, просто рассказами окружен мир взрослых людей? Чем он хорош или плох? Вы вступаете во взрослость с удовольствием или это мир чужих, огромных, страшных людей. Обладающих мощью людей, чья сила может быть использована против вас. Можете ли вы «ударить» в ответ, позволено ли вам бороться и побеждать. Может ли быть счастливым человек, который достиг или радость только в непротивлении? Как распределяются блага в мире и что нужно сделать для того, чтобы приобщиться. Все эти вопросы могут и имеют метафорическое значение, которое находит продолжение в ваших мыслях и действиях.
Все эти вопросы по своей сути – огромные и каждый из них достоин отдельной статьи.
Итак, почему мы не понимаем своего веса? Потому что на нас нарастает. Все к чему мы прикасаемся, оставляет отпечаток.  Маска (Юнг) прирастает, чем более она поддержана окружением. Маска скрывает невыгодное. Это невыгодное на поверку оказывается нашим истинным.   Из него вырастает сбыча мечт.  Разрыв между тем, кто ты есть и тем, как тебе кажется, ты должен быть, дает сумму счастья и удовлетворение в жизни. Здесь нет полумер. Если только в дело не вступают страх или стыд, но это вопросы решаемые.
Что делать?
1) Для того, чтобы найти «своё» нужно не только искать свою страсть, знакомиться с ней, изучать, пробовать, воплощать.  Именно она определяют наше своеобразие, индивидуальность и неповторимость. Именно то, от чего мы часто стремимся быстрее отказаться другие люди и распознают как харизму или «свет внутри».
2) Получается, что найти путь – это уже начало пути. Иногда направление подсказывает зависть («хочу себе такое же, ага!»), иногда восхищение («ух, ты! интересно, я так смогу»), иногда любовь собственная («у меня получится») или от важного человека («я в тебя верю»). Искать то чему вы завидуете, что вас радует, восхищает, словом вызывает всплеск энергии. Вспоминать всё то, чем вы занимались в детстве или когда-либо в жизни и что вызывало отклик у других.
3) Интегрировать полярности. Т.е. знакомиться с разными проявлениями себя самого: ласковый-яростный, радостный-грустный и т.д. Там много силы закопано и энергии. Чем больше я начинаю понимать про себя, тем добрее я к себе отношусь. Потом и к другим людям. Подсказкой здесь будет ощущение полноты «я думаю, воспринимаю, чувствую, делаю это».
4) Перестать подгонять себя под чьи-то жизненные рамки. Иногда – это очень тяжело. Велик соблазн не делать и винить кого-то. Исследуйте свою реальность, не поглощайте бездумно чуждую, а осваивайте именно свою. Сталкиваясь со стандартами, мы испытываем не радость, а тревогу и чувство вины. Каждый знает – насколько сильно не соответствует и не может.
Жизненно необходимыми являются самоуважение и саморазвитие: они означают потребность в независимости. Станьте любопытны и внимательны к себе.
5) Не обесценивайте свои детские черты. Их отсутствие лишает взрослых жизненной силы. Там всё самое прекрасное: возмущение в неповиновении и вызове, преданный восторг в привязанности, уединение в одиночестве, агрессивность во враждебности, творчество в беспорядке. Восстанавливая тот «первичный процесс мышления» мы открываем внутри себя клад. Что бы вы делали в жизни, будь вы совершенно безответственны?
6) Как бы ни смешно звучало – расслабьтесь. Буквально. Мышечный корсет и всё такое. Изучайте своё тело и его реакции на ту или иную деятельность, людей, места, в которые вы попадаете. Чем приятнее телу – тем легче и интереснее ваша жизнь, потому что ваше тело это и есть вы (не Америка).
7) Изучите свои плохие привычки. Ранее они были творческим приспособлением, теперь стали формой прерывания и остановки творческой энергии. Когда-то желание было фрустрировано, поскольку удовлетворять его было опасно, и напряжение от фрустрации было невыносимо. Вы подавили желание, чтобы не страдать (имеются в виду как «классические» вредные привычки, так и привычки останавливать себя, ругать, общаться с теми, с кем не хочется общаться, принуждать себя к деятельности, которая делает вас несчастным и т.д.) Теперь вы взрослый человек и можете придумать, найти способ удовлетворить свои потребности прямым и безопасным способом.
8) Налаженная сморегуляция – это сила, обеспечивающая наиболее яркое осознавание и наибольшую энергию, именно там храбрость. С помощью саморегуляции организм отбрасывает фиксированные моменты прошлого; бесполезное забывается. Всё что дальше вы нарабатываете – это ваше, и оно будет функционировать не по привычке, а при поддержке собственной энергии.
9)  Общайтесь. Много. Гарри Стэк Салливан считает социальное - самым сущностностно человеческим, энергия освобождается посредством межличностной связи и коммуникации.
10) Используйте любую возможность для роста. В экспериментировании и открытости новому ваша целостность. Поэтому тренируйте спонтанность. Не спешите называть свои ощущения и эмоции привычными словами, сначала прислушайтесь. Не торопитесь так же в действиях, быстрее всего человек выдаёт знакомую реакцию. Как ни странно для спонтанности, творчества нужно замедление и время. Достигнув её, люди начинают быть более разными, максимально непредсказуемыми и «эксцентричными».
11) Ослабление сознательного контроля для исследования отъединённого в себе. Фантазируйте. Верните в свою жизнь воображение, каким угодно способом: пойте, пишите, танцуйте, ходите, плавайте. Делайте всё то, что стимулирует нерациональную работу мозга. Деятельность, организованная  в результате обнаружения отъединённого будет иметь спрос, т.к. будет основываться на глубоких личностных пластах. Потому вы будете востребованы, пусть не широкой, но уж точно вашей аудиторией.

Всем добра и удачи в пути.

Надеюсь Нил Гейман не будет гневаться

В это холодное летнее утро за чашкой чая и со всегдашним кусочком сыра за щекой настала пора. Расставание. Часть 3. Часть, которая давно должна была быть за здравие, но не складывалась, потому что сначала было не понятно как это, а потом было понятно, но не до того (каюсь, грешна). Я просмотрела тысячи советов на тему начала отношений  (часть именно про это самое) и все они отдают машинным маслом, полной приключений жизни свободного молодого человека около 25 или эзотерическим бредом. Что по понятным причинам мне лично не подходило.
Всё по ходу пришлось сочинять самой.
Большая часть людей склонна не знать свой размер. И речь сейчас совсем не о килограммах. Мы склонны преуменьшать или преувеличивать себя. Все эти принцесски и иже сними хипстеры, считают себя неземным чудом и не могут сготовить мало-мальски приличный борщ и найти аптеку за углом, а не аптеку так автозаправку, т.е. совершенно непригодны для жизни. Или, напротив, умные, внимательные мужчины и женщины, тушующиеся от одной мысли о том, чтобы подойти, познакомиться, что-то рассказать о себе. Конечно, наш размер мы должны были обнаружить в отношениях с родителями, призванных свято и положительно отражать наши особенности вплоть до причуд.
Механизм понятен: редкий родитель способен выносить ребёнка во сей его красе, а большинству достаточно и самых крошечных проявлений, чтобы остановить, прервать, усадить и замолчать. Вот и получаемся мы, незнакомые с собой, неценные, непринятые, нелюбимые. Из этого полного отсутствия знаний о себе, ищем партнёра и получаем, собственно, то, что получаем.
Если по какой-то причине это не произошло, можно препарировать себя вполне самостоятельно или с психологом.  Я это делала с психологом, потому как склонна к стыду и выпадению из социума, т.е. нуждаюсь в связанности и поддержании контактов, что в первое время исправно выполнял профессионал. Самая полезная штука, которая во мне произошла это понимание того, что мне нужны именно отношения, а не просто секс. Мне кажется, что это важная вещь, чтобы не обманывать потенциального партнёра, который вам про Фому, а вы ему про Ерёму.

Следующие важные для меня пункты выглядят так:

1) Уважение. Без соблюдения моих границ и  при полном игнорировании моих потребностей ничего не получится. Совершенно. Я категорична в этом вопросе до нельзя. Меня нельзя обзывать, со мной нельзя скандалить, моё мнение нужно спрашивать, хотя как раз придерживаться его не обязательно, потому что понятно же, что у человека может быть своё. Меня нельзя критиковать, а вот говорить о том, что сделала больно или неприятно можно. Как критику же я воспринимаю замечания о квартире, приготовленной еде, профессии, лице, фигуре, одежде, эмоциональных проявлениях, не связанных с партнёром напрямую или детьми.
Я не думаю, что знаю всё и поэтому уверена, что и человек рядом со мной в таком же положении. Исходя из этого, знакомиться с миром вместе рядом со мной можно, а в категорической форме предъявлять свои решения – никак нельзя. Не умею я слушаться, подчиняться. Могу слушать, помогать, согласовывать, выполнять просьбы. Все эти вещи для меня про уважение.

2) Близость. Мне конечно важно, чтобы человек меня слушал, принимал, был нежен. О желательных проявлениях нежности как то, например, хождениях по улице за руку, публичных или интимных объятиях, приходится с каждым партнёром и не раз с одним договариваться. И прекрасно, потому что мы меняемся и часто даже более быстро, чем успеваем замечать это. Тут для меня нет устоявшихся традиций, кроме, пожалуй, разговоров.

3) Дистанция.  Это сложная штука. Я не хочу в слияние. Правда, в сепарацию я тоже не хочу.  Я хочу иметь право на своё мнение, доверие и возможность уйти без страха разрушить жизнь человека. Всё это предоставляю и сама. Квинтэссенция приближения/отдаления сложная штука и тренируется, порой, разрушением не одних отношений.
Лично мне важно иметь своё пространство. Неважно в какой сфере, важно, чтобы было.  Пространство для решений, собственного мнения, дел или их отсутствия, для профессии, для развития, для общения с друзьями, редкого и сладкого.  Важно, чтобы с 13 по 27 июля…ну вы понимаете. А иногда я просто хочу спать на другой кровати, не разговаривать, вплоть до молчать, продумывать и прочувствовать внутри некий процесс, который настолько мой, что не всегда бы и нашлись слова. Поэтому человек, который не выносит молчания, для меня не равного отвержению, может мучиться об меня.

4) Интерес. Любопытство ко мне, моим делам, родным, друзьям. К тому, как устроена сейчас, была и будет устроена моя жизнь. Мне совершенно необходимо рассказывать временами истории, да я сама ходячая история. Баба Яга же. И человек, который рядом должен её разделять и желательно, с удовольствием, а не с лицом, выражающим суету сует.

5) Развитие. Совершенно не обязательно совместное, но совершенно обязательное. Я обременена в/о. Я не только закончила ВУЗ, но и расширила (магистратура) и углубила  (МГИ всех ступеней). Всё это в сумме заняло около 15 лет, за которые стало понятно - остановиться невозможно. В этом месте я горда до высокомерия и считаю, что душа обязана учиться, а не только просматривать ленту с картинками.

6) Биологическая совместимость. Банально, но факт. Если вы хотите ложиться спать в 2 и вставать в 12, вы богема и гламдива,  а вашему партнёру к 9 в офис на совещание, союз будет трещать чаще. Это же касается и секса и приёмов пищи. Однозначного рецепта нет. Важно! Не обманывать партнёра в плане наличия либидо, изображая страстную любовницу, при наличии слабого мало дифференцируемого сексуального желания раз в месяц. И наоборот тоже. Прямая дорога в неудовлетворённость и несчастье. Появление детей всё только усугубит. Простая математика. Появится третий человек со своим биологическим циклом. Двоим договориться – задача. Троим, четверым…

7) Ирония. Я прямая как бамбуковая палка и резкая как понос. Жизнь со мной тот ещё мёд и сахар, но при сочетании всего вышеперечисленного, плюс, особенно этот пункт, всё складывается благополучно. Со мной нельзя серьёзно и пафосно относится к происходящему, ну потому что оглянитесь вокруг. Спасибо, что хоть слоны за окном не ходят, а так трагикомедия та ещё. И если не смеяться…
В список можно добавить что угодно своё или вычеркнуть что угодно моё.

Вот так путём прямого, ясного, чёткого описания для себя самого, что вам нравится, и надобно в отношениях вы сможете свериться с партнёром "картами местности" (см. Ассаджиоли) и не только почувствовать (что приятно, но недостаточно), но и понять, по пути ли вам. Мне кажется, что это базовые вещи. А вот желаемое количество детей, машин, квартир, домов, заводов, пароходов меняется, корректируется или же согласовывается по ходу пьесы. Так же согласовываются такие вещи как традиции, подарки, покупка еды и её количества. Но я это, собственно, к чему. Хорошая ориентировка во времени, пространстве и собственной личности ещё никому не помешала. В разрезе отношений она же (ориентировка) существенно увеличивает шансы на комфортные отношения. Вот это же всё: я не знаю чего хочу, я внезапная/пный, противоречивая/вый…это всё от лукавого и плохого знания себя и своих особенностей. Там же где один не знает себя, второй должен будет отдуваться за двоих, стараясь понять не только свою часть (что нужно мне и как получить), но и что нужно человеку рядом со мной. Поскольку угадать сложно, угодить ещё маловероятней, то оно вам надо?

Сегодня я думаю так.

Берегите себя, вступайте и да вступаемы будете)

Фото: Nastia Romanzova

Появляющиеся люди

Традиционное про ББИ. Допустим, сидите вы и спрашиваете меня, как прошёл мой ББИ 2016. Допустим даже, что вам интересно моё мнение.
В этот раз мне было трудно. Боюсь сказать что максимально, ттт, но в какой – то момент мне казалось, что я готова бежать. Умная, рыжая, любимая женщина, разлетаясь пальцами и локтями стала говорить о любви и ценности, снабжая поучение одесским юмором. И я конечно осталась. Таки Соловьёва немножечко Король.
Через время другая умная, любимая женщина стала говорить о взрослости. Деликатно и элегантно. Таки Король немножечко Сушкова.
Это внутренее стало мелодией всего интенсива. Приближение, бегство, приближение, снова бегство. Все возможные виды конфузов и даже несколько позор. Я была в стыде, группа была там же. Я сидела, описывая каждый раз своё состояние, много материлась про себя и выносила. Присоединялась к историям,  сама немножко сочиняла сказки, те, которые описывают переживание, а не избавляют от него. Ныть или не ныть? Быть или не быть? Несколько раз меня так задело, что пришлось  каяться. Каяться и отмаливать.
Юля Железняк меня учила не спешить. Её изящный, неторопливый способ знакомства меня совершенно восхитил.
Группа кажется, так увлеклась, что стала тормозить охотнее всего. Тормозить, тормозить этот грёбанный контакт, ожидая, когда боль пройдёт или, хотя бы, утихнет. Боль, страх боли, стыд, стыд, страх стыда, бегство, возвращение, покаяние, прощение.
Или вот, например, если вы сидите, молчите, не приближаетесь. При этом умудрились всё про меня понять и сделать выводы, а из них махнули на меня рукой, то … контакта нам не видать как своих ушей. Потому что всё не так как кажется, а завтра родится Другая Король и Другой Вы. Возможно, хорошо, что у нас нет шанса и этому не нужно помогать. Возможно. Потому что конечно, мой главный порок – это гордыня.
Всё время приходилось делать выбор: лечить или не лечить, догонять или оставить? Я думала, думала, думала.
А потом был особенный кайф прощания. Прощания и прощения. Других, себя. Сейчас так. Как я могу. Прощание было контрастным: через  благодарность и отвращение. Углубляло и то и то. Новый опыт, совершенно удивительный по силе. Не желанный, просто появившийся.
Сегодня осталась любовь. Яркая, как и весь ББИ. Любовь и гнев. Тихое дрожание внутри сменяется умилением и тут же превращается в злость, растворяясь через минуты в любви. Я наблюдаю себя, меняюсь и живу. Мне трудно сегодня, но это моя жизнь и мой гештальт.
Ныть. Быть.
И помните: место силы 202й

П.С. 8 клиентская - да

Автор фото: Настя Романцова

"Я всегда знала, что мне нужно быть сдержанной, милой девочкой. Спокойно играть, не мешать, не кричать. Хотя мне никто об этом не говорил, во всяком случае, я этого не помню. Я откуда – то знала, что нежелательно, чтобы к нам приходили другие дети – тут всё удачно складывалось – дети не особенно рвались ко мне приходить. Я плохо помню, но мне кажется, что часто нужно было ходить с ней на работу. Там было много людей и вести себя нужно было ещё тише. Легко и быстро соглашаться делать то, что делать не хотелось, с улыбкой глотать еду, от которой тошнило.
Я старалась изо всех сил, но по тому страху, что остался в моей памяти от разговоров с ней, по тому холоду, что есть между нами сейчас, я догадываюсь, что у меня не получалось.
Во дворе меня не любили. Двор был обычный советский: резиночки, прятки. Вырываясь на двор, я хотела даже не кричать, а просто слушать свой голос. Дети не любят, когда кто-то болтает без умолку. Поэтому я громко пела, раскачиваясь на качеле. Часто и надолго уходила из двора «куда глаза глядят». Уж очень это было свободно ходить по окрестным дворам и никого там не знать.
Я хорошо помню, как мечтала о том, чтобы жить в детском доме. У меня была бы своя кровать и тумбочка. И никому уже не будет нужно меня одёргивать даже не словом, взглядом, поворотом головы. То, что там не будет её, меня совершенно не пугало. Эка невидаль.
Сейчас мне кажется, что она меня терпела. А иногда я думаю, что всё же ненавидела. Прикасаться ко мне она не могла, жалеть не умела, любить – такого вообще не припомню, чтобы я чувствовала себя любимой в её доме. Мне никогда бы не пришло бы в голову рассказывать ей о своих бедах: потерянных игрушках, оскорблениях во дворе, о том, как меня игнорировали всем классом, о том, что я до сих пор кажусь себе очень громкой, неловкой, неуместной и в обществе, словно нарочно начинаю лезть всем в глаза.
Я недавно читала Наринэ Абгарян «Люди, которые всегда со мной». Там все живые, тёплые, несмотря на постоянные лишения, которых у нас с ней не было… Это я отвлеклась. Девочка, которую все обнимают. Там есть бабушка Шушик. Она мне очень понравилась. Толковая, всё у неё спорится, застёгнутая, строгая, тихая. Сдержанная. Понимаешь, я всё ищу эту сдержанность в себе, ищу и никак не могу найти.
Так долго получалось, что я показываю людям одно, а они любят во мне совсем другое, они видят. Обижалась, уходила. Тяжело привыкала к тому, что не нужно говорить шёпотом и чайник ставить на огонь можно не так аккуратно, что если ударить чайник о решётку плиты, то ничего страшного не произойдёт. Говорят, ещё плакать можно в голос, но я пока не верю. Где – то по дороге я потеряла ту девочку, что пела в голос.
Я бы рисовала такую картину акварелью – серый дом, в нём яркие люди и только я, расплывалась бы от воды. Знаешь, вот когда воды много капнешь, и рисунок плывёт? Бывает обидно, а я бы нарочно так сделала, чтобы девочка плыла. И может быть даже не дом, а просто яркую лужайку, зелёную, как в начале лета, пахнущую и вот эту серую плывущую девочку.
А вообще смешно получилось. У меня очень тихая работа, а я на ней очень громкая, ты понимаешь. И в моей жизни нет людей, которые меня терпят, потому что я их не терплю."








 

Не так

В тот момент, когда я родилась, я совершенно ничего не знала о том, что я не подхожу. Вы не знали тоже. Мы все мало мальски осваивали пространство вокруг и мир в шаговой доступности с задором, присущим младенцам. Интерес, бурно подкрепляемый витальностью - вот что такое ребёнок, который ещё не подозревает, что "что-то пошло не так".

Если очень повезло, то это знание мы получали как можно позже, тогда, когда уже сложилась ясное понимание - кто я есть. Уже были силы сопротивляться, сказать что - то в ответ или хотя бы подумать. Но эта история из области фантастики, потому что в самом плохом случае можно было стать "не таким" с порога. В тот момент, когда защищаться нет никаких сил, когда каждое соприкосновение со значимым любимым большим человеком это боль.

Если повезло немного больше "нетаковость" пришла с пониманием речи. Тогда через слова можно было услышать, что не так и хотя бы что-то исправить. Хотя это для меня до сих большой вопрос - можно ли что-то в себе исправить для того, чтобы полюбили. И если не лукавить, то для себя я имею такое мнение, что нельзя. Потому что изменения - это всегда внутренняя работа со сложной системой мотивации и для произведения этой работы нужно быть, как минимум зрелым, чтобы понимать что я желаю менять и как максимум готовым к тому, что это не так просто.

Вот в таком кривом диалоге я узнаю, что я - неподходящая. Детский организм делает простой кульбит: прерывает витальность (сокращает количество желаний, обращений, вопросов, попросту снижает активность до того приемлемого уровня, который терпит любимый взрослый). В таком "урезанном" виде мы выходим в мир - жить. Из этого состояния выбираем профессии, партнёров, друзей. Хорошо если витальность, способность возбуждаться, интересоваться, что-то делать восстанавливается сама со временем и потому что повезло, но гораздо чаще нужен Другой. С большой буквы Д (даже если это не Даша Король).

Другой даёт нам возможность быть увиденными и услышанными без наросшей с годами шелухи приспособления. Отзывается болью там, где болит, злостью там, где нарушают, нежностью там, где любовь. В таком контакте есть истинность настолько, насколько она вообще возможна между людьми. «Лечение правдой» оказывает такой эффект, что в этом пространстве можно обнаружить утерянное «кто я есть», скорректировать с учётом возраста, привычек, интересов, вырастить что-то новое и неожиданное, но всегда желанное. Потому что в таком контакте нет принуждения. Из вас ничего не хотят слепить, не делают удобными (скорее наоборот), обозначают места, где рядом с вами сложно договориться и не критикуют по чём зря в таких объёмах, что в голове поселяется автономно вещающий рупор, останавливающий каждое действие. Так рождается новое мышление, основная суть которого в отношении к себе, в уважении к своим особенностям, которые не нуждаются в сокрытии, а скорее в постоянном открытии и узнавании, потому что они - уникальные. Процесс не быстрый, но увлекательный.

Сегодня я думаю так. ДИ

Большое "О"

Раньше я наивно думала, что весна неподходящее время для этого, вернее для этого подходящее, а для отчаяния нет. Теперь я понимаю, что подходящего времени, чтобы отчаяться не существует в принципе. Отчаяться можно в любой момент совершенно в любом месте при любой погоде. Не существует дела, места или человека, которые бы могли спасти от отчаяния. Да и нет надобности такой: спасаться.
Почему?
Старые представления о том, как устроен ваш мир внутри и вовне - рушатся. Они перестали работать и тем более приносить удовольствие. Так случилось. Как это произошло – другой вопрос. Нового ещё нет. Его придётся построить, а перед этим и вовсе совершить очень сложную штуку: понять, что именно вам хочется строить.
Частая история такова: всё, что человек делал, и переживал внутри себя, было из разряда «чему-нибудь и как-нибудь». Мы многие вещи делаем стихийно (накатило) или ритуально (так все делают). Со временем это может стать невозможным. Или, например, появилось сильное желание, замахнусь даже на слово «мечта», а ресурсов, ЗУН (знаний, умений и навыков) для её осуществления ещё нет и даже не ясно куда идти, чтобы их приобрести. А разница между желаемым и действительным вызывает отчаяние.


Пустота может быть заполнена стихийно, болезненно, от страха, что "со мной что-то не так". Такое заполнение вряд ли будет полезным: стимуляторы разного рода, беспорядочный секс, знакомства и поступки, за которые потом стыдно, не в меру всплеснувшиеся эмоции - не там, не с теми людьми. Всё, что связано с импульсом и не обдуманно. Хаос, продиктованный отчаянием. Оно и понятно. Отчаяние – это чувство не из приятных. Переживается глубоко, болезненно, сопровождается такими неприятными вещами, как разочарование, злость, зависть, отвращение, вина, стыд. В общем, я не знаю никого, кто захлопал бы в ладоши, услышав о том, что нужно пережить отчаяние.
Хороших способов пережить этот период, кроме как переживать его – нет. Да и этот звучит как издёвка, хотя таковой не является.
Что-то в мире должно поменяться. Что именно - ведомо только вам. И, стало быть, способы, которые вам помогают справиться с отчаянием тоже у вас внутри. Они могут иметь кратковременный эффект, малозаметный. Это будет злить. В дополнение ко всему вышеперечисленному. Поэтому очень хочется сбежать. Бегом.

Не обязательно проживать весь кошмар отчаяния в одиночестве, чтобы прослыть разумным человеком. Напротив, нужно ждать, но разумное ожидание это как раз не бездумные мучения, а бережный подход к себе. Помогает быть рядом с партнёром – будьте рядом, помогают пешие прогулки – ходите, помогает огород – огородничайте. Старайтесь проговорить с кем – нибудь приятным и поддерживающим идею поступка, который кажется, выглядит и является сомнительным, прежде чем совершить его. Иногда, мы нуждаемся в разумных ограничениях в тяжёлые моменты жизни (следует отличать от незапрашиваемого воспитания, которое по сути своей есть психологическое насилие и вызывает соответственные чувства – злость, вплоть до ярости, обиду, раздражение, т.е. явные признаки нарушения ваших границ). Индикатором может быть чувство защищённости при полной свободе действий, которую отобрать никто не вправе, какую бы срамоту вы ни творили.
Чтобы обнаружить свой способ провести время в отчаянии с пользой придётся потрудиться отдельно.  И этот труд, и само отчаяние растянут ваше время до липкой невозможности, когда минута не пролетает, а длится, а вот скорость мыслительных процессов, напротив, замедлится. Таково волшебное свойство отчаяния.
Каковы же бонусы? Вы немножко переродитесь. Или множко. Поменяетесь, что-то придумаете, рискнёте или решите, что рисковать не стоит, уволитесь, разведётесь, вернётесь, начнёте вышивать крестиком. Я не знаю. Потому что результатом отчаяния  является изменение. Такова плата за развитие  идентичности, структуры личности, эго, селф, как его не назови, только в терновый куст не бросай.
Сегодня я думаю так. ДИ

Заявляю протест

Мы сидим напротив. Она – хорошая, воспитанная  девочка. Я – странная, плохоуправляемая женщина. Мы одногодки. При всех явных различиях, у нас очень много общего: образование, ум, дети одного возраста.
Мы сидим напротив друг друга второй год. Её состояние уже совершенно другое. Мы вместе буквально пуд соли съели, точно могу сказать.
Сейчас мы обе плачем. Она явно, крупными, ясными слезами. Я внутренне, но тоже, огромными.
- У неё волосы, понимаешь? У моей девочки! Волосы во всяких местах!
- Ага, а у моего прыщи начинают высыпать, запах, наметились усы…
- Я не хочу, понимаешь, это же моя девочка, она всегда была маленькой, была ребёнком, а теперь вот...

Моё родительство, сложное, неоднозначное, временами тягостное и конечно радостное было моим делом все последние 10 лет. Я привыкла выстраивать свою жизнь под потребности сына: регулировать график исходя из его расписания. Сначала нужно было учесть количество сна и еды в день, потом сад, танцы, школа. Я чувствовала свою зависимость, часто злилась, временами бунтовала, уезжала, например, куда-нибудь одна. Я привыкла считать свои расходы, отталкиваясь от его питания, игрушек, книг, одежды.

Я многому научилась: слушать, не перебивая, сдерживаться, думать о нём, о том, что происходит в его жизни и голове. И сыну это было нужно. Я росла как мама и как человек. Мне было очень сложно привыкнуть к тому, что я не одна и сколько всего нужно учесть. Мне тяжело далось наше дошкольное время, да и школьное даётся не легче, разве что по-другому теперь. Я столько всего сделала с собой рядом с ним и для него, что сейчас даже теряюсь в описаниях. Многое и не опишешь.

И всё же рядом с ним я стала лучше. Я выдерживаю такой силы эмоциональные всплески, что 10 лет назад мне и не снилось. Я точно могу сказать, что сын поменял меня. Мало того, что в итоге произошедшей со мною метамарфозы я стала мамой, так ещё и человеком я стала другим. Научилась привязываться к людям, понимать их отличия, принимать всю тяжесть удара инаковостью. Я теперь точно могу учесть, чего ранее за мной совершенно не наблюдалось. Я даже больше почти не бунтую, а в отъездах скучаю. Мой творческий, чувствительный, умный, начитанный, инопланетный мальчик умеет разбираться с уравнениями, сравнивать персонажей из книг, рисовать. Он знает, что в музее нельзя пить коктейли, кататься на коньках и нужно быть угрюмым. Он столько всего помнит, что с ним ужасно интересно разговаривать. Только теперь если у него есть выбор говорить со мной или со сверстниками…

И я протестую. Я протестую всей душой. Иррационально, яростно, злостно, обижаясь. Я смирюсь по дороге. Я знаю, что смогу, но сейчас я не хочу. Я не хочу, чтобы он рос. Чтобы становился взрослым и уходил, чтобы появлялся запах этот и треклятые прыщи, когда мой мальчик готовится к тому, чтобы стать не моим. Мне местами весело ловить в себе эти мысли, но в основном пока горько. Как же быстро ему стало 10. Мне кажется, что я только недавно приняла то, что он есть, а он уже скоро улетит.
Самое смешное – это то, что я была уверенна в том, что со мной ничего такого, конечно, не произойдёт.

И вот я смахиваю тихонько слезу, смотрю в окно, на маму напротив меня и отвечаю:
- Очень тебя понимаю

Не новость

Сегодня удивил ребёнок. Спросил: «мам, а почему взрослые могут делать замечания детям, а дети взрослым –нет. Ведь не бывает же так, чтобы дети всегда ошибались, а взрослые всегда бы были правы». Конечно, не бывает. Но дело даже не в этом. Моё основное удивление  состоит в том, что я думаю об этом уже третий день. На выходных была группа и кажется именно эти неравные отношения были фокусом внимания.

То, как нас учат и воспитывают – процесс совершенно односторонний. Нас не спрашивают, чего мы хотим, нам не предлагают варианты – нам указывают, мы не можем возразить, если с чем- то не согласны. Совершенно сакраментальное «смотри мне в глаза», или «чего ты на меня уставился». Т.е. процесс настолько странен, что ребёнок даже за движение глаз ответить не в праве. Вместе с контролем над глазами забирают право на выражение собственного мнения, особенно если оно не совпадает с мнением взрослого. Тут родители и учителя единогласны. Закрой рот и ешь. Хорошо помню, как считала калораж своего рациона в 10 классе по заданию учительницы биологии. В итоге калорий на день было меньше нормы, но посчитала я их совершенно верно. Мне поставили 4, я возразила. Учительница объяснила, что калорий в моём рационе недостаточно. Я удивилась, потому что на этом этапе жизни я не отвечала за продукты, которые есть в холодильнике, а только за правильность выполнения заданий. Оценка снизилась до 3, с формулировкой «спорить со взрослыми нельзя». Если присмотреться, то это одна из самых мягких историй в моей личной «борьбе со взрослыми».
Получается так. Взрослый может всё. Кричать, шлёпнуть, объяснить, почему тебе нельзя то, чего ты искренне хочешь, даже если это что-то совершенно невинное и какой комплекс действий необходимо выполнить, чтобы  получить желаемое. Как правило, этот комплекс однообразен: хорошо себя вести (читай - удобно), слушаться (покоряться), быть вежливым (не сметь возражать). Т.е. выполнять всё то, что потом в жизни будет мешать. Важны (закреплены в долгой дрессировке) покорность и удобство,  именно это же мы демонстрируем в жизни и на работе. Там, где нужны волевые решения и твёрдая поступь.
Никто не учит в самом деле нужным вещам – понимать, что со мной происходит, принимать решения, договариваться, осаждать обидчиков, охранять свои границы и прислушиваться к тем, кто рядом. Отличать подходящее мне в жизни, от совершенно не подходящего, чужого. Всё это впоследствии придётся делать самому. Через стыд, вину, боль и страх потерять любовь близких. Потому что они поддерживали одно, а у реальности совершенно другие требования. В этом противоречии можно застрять на долгие годы. Требуется изрядная доля мужества, чтобы начать наконец отстаивать «своё». Не так, как мы привычно делаем – ложью и манипуляциями, психосоматикой, отсутствием удовольствия в жизни и сексе, неуспехами в работе. А во-взрослому, по честному: предъявляя миру свои импульсы, желания, открыто и заинтересованно. С любопытством, присущим детям, и умению предугадывать  последствия поступков, присущим взрослым. Так чтобы злость была направлена вовне, когда моя жизнь – моя безусловная ценность и то, что я испытываю в ней тоже, а потому никто уже не вправе ни запретить, ни остановить, ни тем более прикрикнуть или указать.  Ребёнок, владеющий искусством быть собой и разговаривать исключительно неудобен в быту.
Мы очень хотим быть любимыми. Даже не так. МЫ НУЖДАЕМСЯ В ЛЮБВИ. Пока растём, конечно. Потом тоже желательно, но уже не критично. Именно поэтому так сложно обходиться с собственной злостью. Нам кажется, что мы потеряем любовь. Переживание интенсивное и крайне болезненное. Мы учимся подстраиваться думая о том, что так будет лучше, но в реальности мы предоставляем важному другому рядом с собой – половину себя. Строить отношения с половиной человека во-первых, трудно, а во-вторых, именно в результате таких отношений мы в конце концов получаем обвинения в неискренности. Итого – быть удобным напрасный труд.
Смотреть на то, как люди «оживают» и оживляются, как они начинают злиться, вспоминать о том, когда и где её потеряли, по дороге растеряв немножечко себя, когда они начинают ругаться, пусть даже немного неловко – очень приятно. Сейчас я пишу эти строки и уже наконец улыбаюсь. Первые попытки кажутся неуклюжими, но они делают нас честными, отношения насыщенными и более полными, а самочувствие хорошим. Безвольный удобный человек редко бывает счастлив. Получается парадокс. Чтобы жить комфортно нужно не избегать злости, а быть хорошо знакомым с тем, что меня злит (ходить по тёмной стороне Луны) и уметь справляться с этим непростым чувством. Но это уже совсем другая история.

Latest Month

January 2017
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com